Что происходит?
На начало июня ограничения на розничную продажу бензина и дизтоплива введены как минимум в 14 регионах: Москва и Санкт‑Петербург с прилегающими областями, ряд центральных областей (включая Рязанскую и Орловскую), регионы Северо‑Запада (Псковская, Новгородская, Мурманская области, республика Карелия), территории в Сибири, приграничные с Украиной Курская и Белгородская области, а также Крым и некоторые новые присоединённые районы. В совокупности в поражённых регионах живёт почти треть населения страны.
Кризис развернулся быстро — фактически в течение месяца. Меры в разных регионах отличаются: запреты на отпуск топлива в канистрах на отдельных независимых АЗС, лимиты отпуска на один чек в сетях, введение талонной системы и даже полный запрет свободной продажи в отдельных территориях.
В ряде населённых пунктов местные власти ограничили наличные продажи и установили правила отпуска по старым талонам (например, по 20 литров на человека), при этом чиновники контролируют реализацию на заправках. По отзывам жителей, в некоторых местах заправиться трудно: очереди и ожидание по несколько часов, на чёрном рынке цены иногда достигают сотен рублей за литр.
Розничные цены на топливо регулируются, однако в последние недели наблюдается заметный рост: удорожание отмечают и представители статистики, и сами автовладельцы — это отражается в динамике цен на бензин и дизель.
В чём дело?
Топливный кризис носит двойной характер: в материковой части — прежде всего производственный, а на временно оккупированных территориях — логистический. В обоих случаях ключевую роль сыграли удары по объектам нефтепереработки и по маршрутам поставок.
Что происходит в России
По оценкам отраслевых аналитиков, в мае падение переработки достигало двузначных величин — порядка десятков процентов по сравнению с прошлым годом. Удары и повреждения оборудования особенно бьют по вторичной переработке, поскольку вывод из строя ключевых установок снижает возможности переработки всех фракций.
Атаки на критически важные единицы оборудования приводят к тому, что значительная доля мощности отдельных заводов оказывается выведенной из строя — иногда одна повреждённая установка может обеспечивать более половины производительности конкретного НПЗ.
Правительство и компании признают наличие внеплановых ремонтов и перераспределяют транспортные ресурсы и экспортную инфраструктуру. Экспорт сырой нефти остаётся активным, но это не означает, что в стране нет проблем с переработкой и логистикой — свободных мест для хранения нефти мало, а локальные ограничения по отпускам вводятся в ответ на ажиотажный спрос.
На розничном рынке ограничения пока в основном касаются мелкооптовых и независимых заправок; у крупных сетей лимиты на чек иногда достаточно велики и не затрагивают большинства частных автовладельцев, но сигнал тревоги очевиден.
Что происходит в Крыму и на оккупированных территориях
На полуострове и в некоторых оккупированных районах наблюдается настоящий физический дефицит топлива, обусловленный прежде всего логистикой и военной обстановкой. Удары по бензовозам и грузовым маршрутам, а также дистанционное минирование и атаки на транспорт делают регулярные поставки проблематичными.
Дроны средней дальности и другие средства позволяют поражать автоколонны и танкеры на подходах к полуострову. В результате часть рейсов перестаёт быть рентабельной, водители требуют повышенной оплаты, а доставка топлива на населённые пункты сопряжена с повышенным риском.
Альтернативные маршруты ограничены: морские поставки уязвимы для атак, железнодорожные паромы и часть переправ были выведены из строя, автомобильные паромы имеют ограниченную вместимость, а проезд тяжеловесного транспорта по мосту запрещён с 2022 года. Всё это серьёзно сужает возможности снабжения полуострова.
Что будет дальше?
Для материковой России у властей есть инструменты смягчения: увеличение поставок из соседних государств, налоговые стимулы для производства топлива, перераспределение транспортных мощностей и использование резервов. Наиболее вероятный сценарий для континентальной части — рост цен и локальные ограничения, а не тотальный физический дефицит.
Ситуация в Крыму выглядит значительно серьёзнее: логистические проблемы и постоянная угроза удара по маршрутам делают восстановление устойчивых поставок затруднительным. Предложения строительства новых трубопроводов или усиления защиты инфрастуктуры обсуждаются, но многие из них либо технически сложны, либо сразу станут мишенью. Системное решение потребует комплексных мер по ПВО, мобильным группам и противодействию дронам — на данный момент такие решения либо запаздывают, либо требуют больших затрат.
